Кабмин винницких. Год первый

МИД имени Порошенко: старые кадры и новые просчеты

14 апреля закончился годовой иммунитет правительства Владимира Гройсмана, отставки которого жаждут многие политические силы в парламенте. Шаткости положению премьер-министра добавляет и то, что до сих пор решения о его дальнейшей судьбе нет не только в Верховной Раде, но и в администрации президента, которую стала раздражать повышенная активность винницкого политика. Сам Гройсман на днях вместе с министрами утвердил план приоритетных действий до 2020 года и работы Кабмина на 2017 год, давая понять, что в ближайшее время никуда уходить не собирается.

"Апостроф" проанализировал, что удалось и что не удалось правительству за последний год. Как эксперты оценили эффективность работы правительства на внешнеполитической арене, читайте в нашем материале.

Внутренняя кухня
После Евромайдана общество требовало от власти кадровых изменений. Не было причин считать, что для МИД должны сделать исключение. Правда, как и вообще в стране, не скажешь, что министерства удалось обновить полностью.

Глава МИД Павел Климкин работал замминистром во времена Януковича и именно он отвечал за подготовку соглашения об ассоциации, откуда по его согласию было вычеркнуто положения о возможности вступления Украины в ЕС. Унизительное для Украины заявление ЕС 15 декабря прошлого года о том, что это соглашения не создаст условий для статуса кандидата на вступление в ЕС, как и не откроет новых источников финансирования стала лишь формальной фиксацией того, о чем по существу договорился Климкин.

Павел Климкин
Фото: phl.ua
Но это не помешало заявлять президенту о том, что после окончания своей каденции он станет членом Европарламента – то есть до этого момента Украины уже должна была вступить в ЕС, а безвизовый режим с ЕС страна получит до конца 2014 года. И если с безвизовым режимом шанс остается, хотя и с опозданием на три года, то с членством ЕС все уже стало понятно – благодаря подготовленному Климкиным соглашению оно Украине не светит на протяжении следующих нескольких десятилетий.

Кадры Януковича не только продолжают руководить МИДом. Советник Януковича Константин Елисеев является главным по внешней политике в администрации Порошенка и вероятным наследником Климкина на посту министра, о чем сейчас говорят в дипкорпусе и в отечественном МИДе. Изменений к лучшему в этой связи мало кто ожидает – если Климкин просто не занимался МИДом, который со времен Майдана остается в состоянии институционального кризиса, то властные методы работы Елисеева вряд ли его смогут оживить. Как и общая черта обеих дипломатов – желание угодить руководству, а не защита национальных интересов страны. К чему это может привести во время войны мы уже знаем – именно Климкин и Елисеев отвечали за Минск-2, который сегодня является примером того, как не следует готовить внешнеполитические документы.
Константина Елисеева называют вероятным преемником Климкина . Фото: phl.ua
Кадры Януковича во многом остались и во главе многих дипломатических миссий. Замена послов во многих странах вообще стала долгоиграющей историей или предметом анекдотов. В ряде случаев впору говорить об отсутствии заинтересованности в полноценной дипломатической деятельности в отдельных странах (временный поверенный не может выполнять все функции посла и не воспринимается страной назначения достаточно серьезно) или неспособности найти нужного человека. Все это не может не влиять на эффективность двусторонних отношений с рядом стран, стратегически важных для Украины.

Как сказал "Апострофу" в прошлом первый заместитель и исполняющий обязанности министра иностранных дел Владимир Хандогий, этот факт просто не поддается объяснению, особенно отметив, что уже более года нет посла при НАТО.

Недостаточно сильный и полный состав послов – одна из проблем украинской внешней политики, как свидетельствуют исследования украинских профильных центров. Среди причин – все еще скромное финансирование министерства. В этом плане назначение Гройсмана главой правительства мало что поменяло. Тем более что у МИД прежнее руководство.

Есть и зеркальное отражение этой проблемы – когда посол задерживается на своем посту слишком долго, и не проводится ротация (закон рекомендует менять послов каждые 3-4 года). В некоторых случаях это объясняют особенными отношениями послов лично с Порошенко или Климкиным, в остальных – вообще не объясняют.

Эксперт Института общественно-экономических исследований Николай Капитоненко полагает, что МИД пост-Майданного периода не справился с новыми, гораздо более высокими требованиями к работе, возникшими вместе с агрессией России против Украины. Энтузиасты, попавшие на государственную службу в 2014-2015 годах, понимали, что в новых условиях нельзя продолжать имитировать деятельность и продвигать тупиковые идеи. Отсюда — ставка на мягкую силу и культурную дипломатию, блестящая, по мнению международника, работа отдельных посольств и представительств, а также информационное сопровождение войны на Донбассе. Но этого оказалось мало.

"Старые проблемы вернулись, а ресурсов и видения путей их решения по-прежнему не хватает. Вечно откладываемая реформа дипломатической службы уже стала именем нарицательным. Жуткие материальные и бытовые условия работы украинских дипломатов порождают легенды и — вместе с легендами — нарастающую неэффективность. По моим крайне субъективным оценкам, на одного профессионального, способного и результативного украинского дипломата приходятся девять, скажем так, не настолько профессиональных", — предположил Капитоненко.

Важно отметить и то, что министерство иностранных дел вовсе не является независимым в формировании внешнеполитических подходов при огромном участии президента. Не говоря уже о том, что министра Павла Климкина попросту называют ставленником Порошенко. Да и сам Петр Алексеевич после того, как в 2009-2010 годах побывал министром иностранных дел так и не смог избавится от синдрома, что он — единственный человек в стране, который что-то понимает во внешней политике, поэтому все годы своего президентства попросту сам руководил министерством.
Климкин и Порошенко. Фото: УНИАН

В недавнем интервью "Лига.net" Климкин отметил, что внешней политикой в Украине сейчас заведует президент ("В условиях войны это абсолютно правильно"), но попытался опровергнуть миф, что при этом с Петром Порошенко вмешивается в работу МИД, и никто не позволяет себе даже спорить с ним. Как утверждает Климкин, украинские дипломаты проводят с президентом много совещаний и пытаются найти правильные решения.

"[C назначением Гройсмана] Абсолютно ничего не изменилось, — прокомментировал Владимир Хандогий, — поскольку у нас, согласно Конституции, внешней политикой непосредственно руководит президент. Он же вносит и кандидатуру министра. Поэтому участие министерства иностранных дел в правительстве в некотором смысле символична. Потому что в большей степени МИД работает и общается в параметрах, определяемых администрацией президента и лично президентом".
Американский "просчет"
Действия украинской дипломатии во время президентской кампании в США многие называют откровенным провалом. Во время президентской кампании украинский посол в США Валерий Чалый выступал с критическими замечаниями в адрес тогда еще кандидата в президенты — Дональда Трампа. В частности, в статье для "The Hill" он критиковал путанные заявления участника президентской гонки о готовности рассмотреть вопрос признания аннексии Крыма.

И, хотя Петр Порошенко во время кампании пытался встретиться с обеими кандидатами (но удалось провести встречу лишь с Хиллари Клинтон), а Павел Климкин в интервью признавался, что не удивился победе Трампа, есть подозрения, что за кулисами украинские дипломаты откровенно пытались поспособствовать победе Клинтон. В частности, об этом идет речь в расследовании журнала Politico (в США он не считается безоговорочно респектабельным): украинское посольство якобы даже не пыталось контактировать с командой Трампа и способствовало расследованию агента Демократической партии США Александры Лачуги — та пыталась найти подтверждения связям Трампа и его советника Пола Манафорта с Москвой.
Инаугурация Дональда Трампа Фото: facebook.com/POTUS
"Конечно, нужно не класть яйца в одну корзину и работать с обоими кандидатами. Учитывая общие проблемы в МИД — наша пресса писала о недоукомплектованности, отсутствии мотивации, — я вполне допускаю, что могла быть и ситуация, описанная в Politico. В украинской медиасреде припомню очень редкие и робкие предположения в духе "а что мы будем делать, если победит Трамп", — прокомментировала американист центра "Украинская призма" Юлия Курнышова.

По словам эксперта, Трампу было неприятно отказываться от работы с Манафортом из-за скандала вокруг его связей с Россией, и это затруднило диалог с новым президентом США.
Санкции и тупиковый "Минск"
Очевидным приоритетом для МИДа остается давление на Москву в рамках "нормандского формата" и сохранение санкций против РФ. Несмотря на массовый страх отмены антироссийских санкций, страны ЕС не пошли на это. Украина регулярно подчеркивала на всех возможных площадках, что санкции должны быть сохранены. Однако измерить роль официального Киева и МИД в частности в том, что санкции все еще действуют, — все-таки не представляется возможным. В том числе и если анализировать лишь последние 12 месяцев.

"Вполне возможно, что перспектива продолжения санкций — и европейских, и американских — теперь даже в лучшей ситуации, чем была год назад. Но тут сложно сказать, можно ли это поставить в заслугу украинской дипломатии, или это просто стечение обстоятельств", — сказал нашему изданию председатель правления фонда "Майдан иностранных дел" Богдан Яременко, назвав сохранение санкций единственным позитивом. В остальном же, по его мнению, успехи "сомнительные".

За работу на внешней арене в 2015 году, согласно прошлогоднему исследованию "Украинской призмы", зарубежные и украинские эксперты в большинстве своем поставили Украине тройку: хотя Киеву удалось сохранить проблемы страны в международной повестке, прорывов не было. "Зачетка" за 2016 год пока не опубликована, но можно предположить, что оценка будет такая же. Учитывая ручное управление министерством, то эта негативная оценка скорее попадает в "зачетку" самого Порошенко за его дипломатические "успехи".

Минские договоренности называют не только большим достижением украинской дипломатии, которое позволило Украине выстоять в военном плане, но и большим стратегическим поражением, поскольку соглашения написаны так, что их "невозможно выполнить". Эксперты отмечают и то, что Киев взял на себя ненужные обязательства в политической части документа. Разумеется, после назначения Гройсмана премьером позиция Киева в отношении Минска не изменилась. Даже если предположить, что в закулисных разговорах западные политики и дипломаты требуют от украинской власти выполнения политической части Минских договоренностей, успеха это не принесло: Киев настаивает, что сперва Россия и подконтрольные ей силы должны создать соответствующие условия в области безопасности.
Минские договоренности одновременно стали как успехом, так и тупиком
Сложно говорить о роли министерства в том, что Украине так и не удалось добиться прогресса в выполнении "Минска" Россией и поддерживаемыми ею вооруженными силами. МИД и АП, несмотря на постоянную критику специалистов-международников, продолжают придерживаться идеи, что на данный момент этим соглашениям нет альтернативы. И действительно, третий год продолжается игра, кто первым выйдет из "Минских договоренностей", дав тем самым огромный козырь сопернику на международной арене — ведь выход из Минска-2 будет одновременно нарушением резолюции 2202 Совбеза ООН ("Комплекс мер по имплементации Минских соглашений") от февраля 2015 года. Пока Украина в этой игре не проиграла, но выигрывает ли?

Киеву не удалось дополнить Минские договоренности никакой другой инициативой, которая повысила бы их эффективность. Продолжается подготовка "дорожной карты" выполнения "Минска". И, не к чести украинских дипломатов, общественность об этом процессе не знает практически ничего. Однако и от этого документа, своего рода инструкции, специалисты многого не ожидают, поскольку не верят, что он может заставить Россию пойти на уступки.

По мнению Хандогия, отсутствие продвижения в Минском процессе — одна из глобальных проблем: "МИД, на мой взгляд, не продуцирует какие-то альтернативные варианты выхода из этой проблемы. Мне кажется, что министерство иностранных дел должно было бы более активно искать дополнительные аргументы и механизмы решения проблемы на Востоке Украины. В условиях, когда этот механизм не работает, общественность ожидает от МИД креативных подходов для решения этой ситуации".
На полях ООН и в судах
В условиях тупиковости "Минска", основной акцент смещается на международно-правовое поле. И там оснований для критики, пожалуй, меньше. Параллельно с Минским процессом Украина достаточно активна в ООН и международных судах. В частности, в марте прошли первые слушания в Международном суде ООН в Гааге, куда Украина подала иски против России за нарушение Конвенции ООН о борьбе с финансированием терроризма и Конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации — дело возбудили в январе 2017 года. В первом случае Украина просит суд признать Россию ответственной за крушение Малайзийского боинга MH17, обстрелы мирных жителей Волновахи, Мариуполя, Краматорска, а также взрывы в Харькове. Во-втором случае — организатором репрессий против крымских татар.
Международный суд в Гааге. Фото: УНИАН
Стоит вспомнить и отчет прокурора Международного уголовного суда в Гааге — этот орган ведет предварительное следствие по ситуации в Украине и со временем (а это по меньшей мере несколько лет) может привлечь к ответственности виновников военных преступлений и преступлений против человечности. В Европейском суде по правам человека Украина подала против России пять межгосударственных споров. Осенью прошлого года Украина подала иск против РФ за нарушение Конвенции ООН по морскому праву. Производство идет в арбитраже при Международном трибунале по морскому праву, и это, как говорят юристы, самая слабая из возможных инстанций с точки зрения политического значения судебного решения.

Еще одна площадка — ООН. Киеву удалось получить место непостоянного члена Совбеза ООН на 2016-2017 гг. — мандат истекает в конце этого года. Видимой пользы от этого пока немного. Осенью прошлого года Генассамблея ООН поддержала резолюцию о нарушении прав человека в Крыму. Для Украины это — наиболее громкий документ после принятой три года назад, в конце марта 2014 года, резолюции под названием "Территориальная целостность Украины". Украина ожидаемо столкнулась с тем, что Россия не собирается выполнять требования резолюций Генассамблеи ООН. И хотя никто не рассчитывает, что Россия согласиться немедленно выполнять решения упомянутых судов, юристы настроены оптимистично в том плане, что Москве (или отдельным ее гражданам, в случае с МУС) в конечном итоге не удастся избежать ответственности.
Что в итоге
По мнению Богдана Яременко, иски в Международный суд ООН и арбитраж при Международном трибунале по морскому праву действительно являются нужной работой, но их эффективность покажет только время.

"Это пока не результат, а только процесс. Это даже не периода Порошенко традиция, но сейчас она выведена в ранг искусства: у нас процесс выдается за достижение. Но люди посвященные понимают, что этими искусственными победами на информационной ниве серьезно внешнеполитическую ситуацию для страны не изменишь, — объяснил свою мысль дипломат. — Общая ситуация неизменна: мы в войне, и никаких перспектив ее закончить быстро и успешно нет; не изменилось ничего в плане союзничества, у нас нет никаких перспектив получить союзничество со странами, которые бы могли помочь нам победить".

Кроме того — что уже не касается непосредственно работы МИД — решения украинской власти в последние месяцы негативно сказались на имидже Украины: например, недавний закон об электронном декларировании доходов и давление на общественные организации. По мнению Яременко, эти шаги серьезно испортили отношения Украины с теми странами, которые потенциально могли бы стать союзниками Украины. С точки зрения развития отношений со странами Азии, Африки активность Киева, по мнению дипломата, скорее напоминает "политический туризм", а не реальное развитие отношений с перспективными с точки зрения торговли странами. Все упирается в то, что Украина до сих пор "не имеет инструментов" для развития отношений с этими государствами.

Не помогают имиджу Украины — а значит, и работе украинских дипломатов — и действия украинских депутатов, которые иногда проявляют крайне скудное понимание реальности. Они то ли от этой самой реальности окончательно оторвались, то ли работают на свой имидж, неважно каким он будет. Это можно сказать как о недавнем обращении Верховной Рады к Конгрессу США с просьбой дать Украине статут основного союзника вне НАТО, так и о безумной выходке депутата от БПП Алексея Гончаренко, когда он разрисовал обломок Берлинской стены, установленный возле посольства ФРГ в Киеве.

Гончаренко разрисовал обломок Берлинской стены. Фото: facebook.com/alexeygoncharenko
Особняком стоят два вопроса, которые, очевидно, будут доведены до логического завершения при действующем Кабмине — предоставление Украине безвизового режима и ратификация Соглашения об ассоциации Украины с ЕС. Визовую либерализацию ожидают в июне, а завершение ратификации — в течение нескольких месяцев, после формирования коалиции в Нидерландах. И хотя оба факта будут несомненным плюсом для Украины, все-таки их нельзя безоговорочно занести в актив украинским дипломатам. В случае с безвизовым режимом имеет место очевидная задержка, несмотря на выполненные Украиной условия. А в Нидерландах был полностью провален референдум об украинской ассоциации.

Но именно ожидаемые безвизовый режим и ратификацию СА Хандогий выделил как позитивные примеры работы МИД, поскольку в обоих случаях можно надеяться на позитивный исход. Кроме того, он назвал подачу иска в Международный суд ООН, работу украинской делегации в Совбезе ООН и принятие Генассамблеей резолюции о нарушении прав человека в Крыму. "Хотя в каждом случае окончательная точка еще не поставлена. Каждый из этих шагов требует дальнейшего продвижения. Процессы идут, и я их оцениваю позитивно. С точки зрения результата — увидим", — добавляет Хандогий. По собственному признанию, он не может сказать, чего в работе МИД видит больше — позитива или негатива. Кроме того, проблемы МИД зависят не только от самого министерства, ведь "это вопросы общегосударственного значения".

По мнению Капитоненко, баланс побед и поражений сложился все-таки не в пользу МИД. Среди позитива он выделяет сохранение санкций, вопроса Крыма на повестке дня, поддержку украинской позиции в международных организациях и даже работу в рамках "Минска", поскольку вопросы к политической части адресуются АП, а не министерству. Однако это, убежден он, не сделало МИД эффективным инструментом отстаивания украинских интересов на международной арене.

"Нам нужны новые подходы, стратегическое видение страны в мире и в регионе, способность адаптироваться к изменениям в мировой политике. Бесконечные рефрены о НАТО, Европе, Интермариуме и реанимации ГУАМ – это старые рецепты из давно ушедшей эпохи. Они не работали тогда, не будут работать и сейчас. Превращение МИД из громоздкого и неэффективного приложения к Администрации президента в качественный инструмент будет и дальше зависеть от способности генерировать новые идеи", — заключил Капитоненко.
Подробный разбор деятельности всех министерств
читайте в материалах, подготовленных аналитиками "Апострофа"
~
© Апостроф

Made on
Tilda